new-site

Архивы NEO за 1999 год:
Интервью с Валерием Миладовичем Сюткиным

«У „Мумий Тролля“ — если с
точки зрения молодежного юмора
из серии „плющит“, „колбасит“ — 
больше понта и сделанных
ассоциаций»

Раз в неделю мы достаем подшивку владивостокской молодежной газеты NEO за 1999 год. В четырнадцатом выпуске — Валерий Миладович Сюткин.

Валерий Миладович Сюткин. Элегантный (черный костюм, серая рубашка, черный галстук), иронично-улыбчивый. Настоящий «московский стиляга, который чувствует себя, по его собственному выражению, «на вечный тридцатник», хотя в марте ему стукнул 41 год.

— Уже много лет, как вы расстались с «Браво». Говорят, однажды Хавтан пришел к вам на концерт и вы подарили ему розу — из тех, что принесли поклонники.

Абсолютная правда!

— Это был шаг примирения?

А я не говорю, что мы разругались. Просто на четвертом году работы в «Браво» я имел 5-7 песен, которые не входили в наши концерты, поскольку Женя писал музыку, а я слова. Я захотел свои песни запустить отдельно. Сделал демо-запись, привез на репетицию и, как нормальный человек, показал. А Женя, на мой взгляд, к этому отнесся с ревностью. И с этого момента наши отношения не то чтобы ухудшились — они перешли в другую, более сложную плоскость. И я почувствовал себя в группе как бы «человеком сбоку».

Я не собирался уходить из «Браво», а тем более работать со своими концертами. Мне просто хотелось вести более многогранную жизнь, что, видимо, не очень нравилось Жене. Вот, собственно, и вся ссора. Мы не делили ни деньги, ни успех. Поэтому я не вижу причин говорить, что мы ссорились. И когда Хавтан пришел на мой концерт, не предупредив — а я же вижу, что вот он сидит, в третьем ряду, — я подумал, что будет неэтично сделать вид, будто его не замечаю. Поэтому когда исполнял «Оранжевый галстук», я сказал публике — вот в зале сидит автор-композитор, вывел Женю на сцену. Думаю, это был первый шаг к налаживанию наших отношений. Знаете, время — оно все лечит.

— Ваш последний альбом называется «Далеко не все…». А что значит «не все» — чего в нем не хватает?

Отвечу предельно честно. Сегодня мы имеем того зрителя, которого заработали в «бравовский» период. Новый зритель к нам не присоединяется, потому что молодежная культура резко изменилась. И у меня два выхода. Первый — честно нести свое бревнышко и делать песни, но тогда хотелось бы делать их каждый раз лучше. Второй — попытаться все же не играть с позиций «сбитого летчика», а сделать еще один вираж штурмовика-истребителя и найти какой-то новый угол. Поисками такого угла я сейчас и занимаюсь. Поэтому альбом «Далеко не все…» заявил: «Возможна пауза, но ждите ответа!..»

— Что в ближайших творческих планах?

Сейчас я занят созданием нового альбома. Кодовое название — «Шпионские страсти». Заглавная песня будет называться «Ноль-ноль-первый». Ироничная такая. Мои ровесники наверняка вспомнят пародийные боевики «Бей первым, Фредди!», «Великолепный» с Бельмондо. Это такая искусственная шпиономания. По этому принципу сняты все фильмы про Джеймса Бонда. Конечно, не все песни будут про шпионов, но угол у них будет такой — мистически-гангстерский.

Недавно я сделал песню о мужской дружбе под названием «Каждую секунду» — она достаточно хорошо сейчас идет по радио. Игорь Зубков, автор «Далеко, далеко», подкинул мне «Бумбу-Мамбу». Легкая песня такая, безответственная, в ритмах «рок-н-ролл латино».

— Промелькнуло сообщение, что вы готовите совместный проект с БГ и Бутусовым.

Не могу назвать себя другом или приятелем Гребенщикова. Я никогда с ним близко не общался. А тут поехали с «Браво» на гастроли в Израиль, я открываю дверь гостиницы — и нос к носу сталкиваюсь с БГ, который был там по своим частным звукозаписывающим делам. Мы поздоровались и договорились встретиться вечером. Благо, номера рядом. Вечером это перешло в хорошее чаепитие с обменом новыми песнями, беседами. И я проникся к БГ большой симпатией — не как к музыканту, а как к человеку. Он очень такой лукавый, добрый человек, без всякого звездного налета. Жанна Агузарова, появившаяся и говорившая с нами по-английски, внесла свой вклад в развитие вечера.

В общем, Боря сказал: хорошо, что мы с разных планет, неплохо было бы собраться вместе — тут и прозвучала фамилия Бутусова — получится такая гремучая смесь. Идея была в том, чтобы, не готовясь, записать экспромтом альбом. Видимо, этой задумкой я поделился с журналистами, а они решили, что все уже на мази, план подписан. Идея пока не имеет поддержки, и я не думаю, что это состоится.

— Что вас интересует в молодежной культуре? Как относитесь, например, к Виктору Пелевину, Земфире?

Насчет Пелевина я не могу сказать, что это нечто абсолютно новое. Для моего поколения это как Василий Аксенов, книги которого мы в свое время жадно читали. А Земфира мне очень импонирует. Из всего нового, что я слышал, это единственный человек, чей альбом я бы купил.

— А «Мумий Тролль»?

Тоже нравится, но в меньшей степени. Мне кажется, что с точки зрения текстов у Земфиры больше личного, человеческого. У «Мумий Тролля» — если с точки зрения молодежного юмора из серии «плющит», «колбасит» — больше понта и сделанных ассоциаций. А здесь, мне кажется, девушка поет, как Сюзанн Вега: что вижу, то и пою. И это местами очень симпатично. Это поэзия. Заметны такие корни КСПшные, извините за невольное оскорбление. А за счет сочетания с рок-музыкой получается такой интересный угол. И это художественно намного интереснее, чем сегодняшняя поп-музыка, которая просто стругается, как на токарном станке.

— Вы уже освоили Интернет?

Как-то не удается. Только купил компьютер, стал осваивать — обворовали квартиру. А за Интернет я обеими руками как за справочное средство. Если нужно узнать о каком-то исполнителе, навести справки — милое дело. Но сам процесс ожидания у дисплея, закачивание картинки или ответ на вопрос, когда разговаривают через Интернет, — это ужасно. Дебилизм! Да лучше встреться с человеком в кафе, сиди, получай удовольствие! Нет, они перестукиваются там что-то… Короче говоря, общение через Интернет — не для меня. Я, увы, человек не компьютерный.

— У вашего отца довольно редкое имя — Милад. Похоже на аббревиатуру, например: «Маркс И Ленин — Архиреволюционные Деятели». Угадал?

Нет, все гораздо проще. Отец у меня родился в городе Перми, на Урале. Бабушка назвала его именем Милад — «д» на конце. Потому что Милат — это такое сербско-хорватское имя. Но никаких балканских корней у нас нет. Просто бабушка так захотела. К Валерию Меладзе это тоже отношения не имеет, хотя я иронизирую над этим периодически.

— Вы, как и Лагутенко, когда-то работали барменом.

Я действительно полгода работал барменом, хотя закончил курсы поваров. Это было в конце 70-х. В Москве есть Институт стали и сплавов. В его общежитии был бар для иностранцев. Там я и трудился. Хорошая была практика, поскольку там тогда открыли одну из первых в Москве дискотеку. Помню, особенно много было почему-то пакистанцев. Они привозили последние виниловые пластинки и устраивали вечера для молодежи, где я был барменом. Говорят, неплохим, общительным.

— Правда, что девиз вашего коллектива — «ни дня без Сютки!», то есть — «без шутки»?

Команда у нас с чувством юмора, ирония процветает, поэтому какие-то приколы присутствуют постоянно. Здесь соревнуются в основном мои клавишник и гитарист. Они придумывают друг другу прозвища. Гитариста зовут Игорь Бойко, и его фамилия обыгрывается в самых разных сочетаниях: «Бойко… идет торговля цветами», «снимите наБойки».

А недавно мы были в Одессе. И когда клавишник Миша Савин стал перед концертом подключаться, звукотехник-одессит, будто он Мишу 350 лет знает, ему говорит: «Моня, дорогой, тебе подать этот шнур или другой?..» Ну все — наш Миша с тех пор стал Моней!

— Можете с ходу воспроизвести свой любимый анекдот?

Лучше историю расскажу. Когда американский астронавт Нил Армстронг прилетел на Луну, его первыми словами были: «Гуд лак, мистер Поборски!» И в Центре управления полетами все долго гадали, кто же этот Поборски? Решили, что кто-то из высших чинов. Но все оказалось проще. Дело в том, что Армстронг жил по соседству с супругами Поборски. А те каждую ночь выясняли отношения: жена наотрез отказывалась заниматься с мужем оральным сексом. И говорила, что сделает это не раньше, чем их сосед полетит на Луну. Вот Армстронг и пожелал ему удачи.