new-site

Гости города:
Кинодокументалист
Джон Алперт

Интервью и цитаты журналиста
из Нью-Йорка

Джон Алперт — американский репортер и документалист, основатель Телевизионного центра в Нью-Йорке (Downtown Community Television Center). Снимал фильмы на Кубе, в Ираке, Никарагуа, России, Америке. За свои документальные фильмы Алперт получил 15 премий «Эмми», он — трехкратный лауреат премии Columbia-DuPont Awards. Фильм Джона Алперта «Нестихийное бедствие в Китае: Слезы провинции Сычуань» был включен в список претендентов «Оскара-2010» на приз за лучший документальный короткометражный фильм.

 

Какой из своих фильмов вы считаете самым лучшим? 

Несколько лет назад я сделал фильм, который буду любить всегда. Он о моем отце. Вы его никогда не видели. На этом фильме я всегда плачу, поэтому решил его больше не смотреть. Также я снимал однажды фильм об университетской баскетбольной команде Теннесси. Со счастливым концом, конечно же. В каждом моем фильме есть что-то хорошее — то, за что его можно любить. Сложно выбрать один единственный. Это как говорить о родных детях: кто из них самый любимый?

У отца была особая история?

В какой-то момент я почувствовал, что, по сути, я — эгоист: всегда прошу людей рассказать о чем-то важном, что потом станет всем известно. Но я никогда не пытался проделать то же самое с собой. Мне казалось нечестным, если я не приму собственную пилюлю.

К этому времени мой отец, которым я всегда восхищался, тяжело заболел. Меня поражало то, как он борется с этим несчастьем, и то, как ведет себя моя семья. Я принадлежу к поколению периода бэби-бума, когда после войны отцы-солдаты возвращались домой в США и рождалось много детей. А потому все люди моего возраста находились в ситуации, когда их родители начинали стареть, болеть и умирать. Все переживали подобные чувства. И я решил снять фильм. Фильм о внутренней борьбе моего отца и о том, как мои близкие справлялись с этой ситуацией.

А что за съемка про команду Теннесси?

О, это великий фильм! О женской баскетбольной команде и об их очень динамичном, харизматичном тренере Пэт Саммит. На канале HBO, где я работал, сказали, что я могу снять фильм о любой из трех команд университетов: Коннектикут, Теннесси или Стэнфорд. И первое место, куда я поехал, было именно Теннесси. Там я сразу встретил Пэт. У нее был самый пронзительный взгляд, который я когда-либо встречал в жизни.

Я посмотрел на нее, она — на меня, и понял, что больше никуда не поеду, а буду снимать фильм об этой команде. На HBO думали, что я сделал неверный выбор: эта команда проигрывала все более или менее серьезные матчи. Начальник спортивного отдела называл меня идиотом и говорил, что нужно останавливать съемки фильма, потому что раз за разом команда терпела неудачу.

Раньше нас учили играть сдержанно. Мы не могли, например, клюшками швыряться, как делает это сейчас Александр Овечкин. И вот момент: после очередного проигрыша девушки из Теннесси буквально рыдают в раздевалке, а я все это снимаю. Заходит Пэт и говорит: «Сейчас все должны посмотреть мне в глаза. Это был первый раз за весь сезон, когда я горжусь, что я — ваш тренер. Впервые за весь год вы действительно бились. Я гарантирую, что если вы будете играть так же и дальше, то мы станем чемпионами в конце сезона». Когда я услышал это, у меня все волосы на теле зашевелились. 

Я позвонил на HBO и сказал, что команда точно выиграет чемпионат. Мне отвечали, что я тяну проект только из-за денег. Но я верил в победу и сказал, что если спортивный отдел канала прекратит финансирование проекта, то продолжу его на свои деньги.

И вот наступило время финальной игры с командой Коннектикута. Тогда все газеты полнились заголовками о том, что это конец сезона для Теннесси. Три дня Пэт не спала, сидела и просматривала записи с играми соперников. В 6 часов утра она вдруг поняла, в чем слабость этой команды. Она собрала своих игроков и объяснила, что центральная нападающая поворачивается только в одном направлении и ее можно обойти обманным финтом.

Перед игрой я позвонил директору спортивного отдела со словами: «Слушай, какой у тебя номер мобильного телефона? Я собираюсь позвонить тебе в десять часов вечера и посмеяться в трубку». И что вы думаете? В этой игре Теннесси просто «убили» Коннектикут. Они выиграли чемпионат, и это была великолепная история! Я полюбил и Пэт, и всех девушек в команде.

Эта тема не очень для вас характерна.

Если бы я постоянно снимал фильмы только о войнах, митингах и революциях, то давно бы попал в психбольницу. Хотя я и так уже достаточно сумасшедший. Так что… не стоит снимать только о войне. 

Что помогало быть всегда на шаг впереди других?

Сейчас в мире документалистики нет того накала, той конкуренции. А в мире новостной тележурналистики есть и зависть, и ревность — до сих пор. В этом бизнесе действует негласное правило: кто первый передал репортаж, тот и выиграл. 

jon alpert lections (1)

Иногда доходит до абсурда. Если BBC на десять секунд опережает NBC в показе материала, они считают это целым событием, настоящей победой. Но я опережал людей на недели, а не на секунды или минуты. Это было ударом по самолюбию многих других журналистов. По профессиональной гордости телерепортеров. 

Удавалось всегда оставаться непредвзятым во время съемок?

Не всегда. В каждой ситуации у меня была собственная позиция. Например, мне нравилась никарагуанская революция, которую я снимал. Она была полезной. В борьбе против ужасного диктатора повстанцев поддерживала широкая коалиция: и богатые, и бедные. Я очень хотел, чтобы они победили.

Съемки в России чем-то отличались от съемок в других странах?

Особо ничем. По крайней мере, не было никакой опасности в тех местах, которые я посещал. Мне очень нравились первые годы перестройки, когда изменения витали в воздухе. Это напоминало мне шестидесятые в США, когда мы бились за изменения в лучшую сторону. Ты не знаешь, в каком направлении все развивается, но ощущаешь чувство приятного волнения. Это было как раз то время, когда я делал в России первые репортажи. 

А кто входит в команду Телевизионного центра?

Почти 95% работников центра — его бывшие практиканты. Может быть, они не закончили самые лучшие университеты, не получили блестящей подготовки, но у них есть желание работать: мы видели их в деле. У нас довольно стабильный штаб, редко, когда люди приходят-уходят.

Есть одна группа, которая обучает только молодежь: она помогает молодым людям и в подготовке фильмов. Один парень делает всю графику. Еще один занимается инженерной составляющей. Есть группа, которая делает программы для других, некоммерческих, организаций. Есть отдельный дизайн-класс, есть люди, занимающиеся разработкой программ, которые мы потом обсуждаем всей командой. Средний возраст сотрудников — 33 года.

Что вы сами можете сказать о себе?

Я горжусь тем, что успел сделать к этому дню, и считаю это нормальным. Но я немало получал ударов «по зубам» в буквальном смысле. Иногда меня заносило: я мог зазнаться, взобравшись высоко, но в такие моменты меня что-то сбивало с вершины. Я нормальный человек, который не почивает на лаврах и не считает себя кем-то выдающимся.

Каждый новый проект —  это всегда вызов. У меня и моей команды никогда не было легких программ. Наш центр находится в такой ситуации, когда нам дают доллар на общественное благо, а мы тратим полтора. Сейчас я получаю письма на электронную почту о том, что нечем выдавать зарплату. Чтобы заниматься такой работой, нужно обладать уверенностью в себе и знать, что нужно делать, чтобы преуспеть. Мы же стараемся быть реалистами.

jon alpert lections (3)

 

Цитаты Джона Алперта
с лекции в ДВФУ

Меня всегда интересовала проблема общества и его улучшения.

Я слышал много историй о здешних больницах, но я могу рассказать много историй и про больницы тех районов, где я вырос. Много ужасных историй.

Свои первый фильм я показывал на старых телевизорах, установленных на почтовом грузовике. Он стоил мне 5 долларов. 

Вы когда-нибудь видели, как умирает человек? Я видел тысячи смертей, но никогда не забуду одну: смерть человека из-за того, что в больнице не работал ни один аппарат. Именно мне пришлось рассказать об этом его жене.

Вы никогда не измените мир своими репортажами. Но иногда они способны нанести ответный удар.

В 26 лет я не мог работать на государственном телевидении: из-за моих фильмов меня включили в черный список.

Зачем люди надевают белые брюки на войну? Они, конечно, симпатичные, но непрактичные. Одни такие брюки были на моем ассистенте. Когда рядом с нами взорвалась бомба, он обмочился и ушел, оставив меня одного с партизанами в горах Никарагуа.

Наше оборудование, включая осветительные лампы, весило около пятидесяти килограммов. С таким грузом за спиной я выглядел как космонавт из ада. Это пугало людей. Тогда я нашел выход, переложив всю технику в детскую коляску.

Я был первым, кто отказался от присутствия в кадре репортера. И все репортеры меня возненавидели, ведь я лишил их работы. Но так создавалось ощущение, что герой разговаривает с телезрителем сам, без посредника.

Чтобы сделать репортаж о жителях Филиппин и показать США, что творится там из-за ужасного диктатора, я отправился на свалку «Дымящаяся гора». Сейчас все репортажи начинаются со свалок, но тогда это было необычно.

Я очень-очень нормальный человек. Практический ум я приобрел на улице.

Три составляющих хорошего репортажа: время, доступ и страсть. Не нужно торопиться, иначе вы получите новостной мусор. Если вы не нравитесь людям, они не допустят вас к себе и ничего особенного не расскажут.

Если бы вы видели места, в которых мне приходилось спать; насекомых, которые меня кусали; болезни, которыми я заражался; оружие, которое не раз приставляли к моему виску; подлости, которые совершали по отношению ко мне правительства, вы бы поняли, что без любви к своему делу так работать невозможно.

Когда я был молодым, я думал, как это интересно — спать на камнях среди бомбежки.

Женщины храбрее мужчин. Мужчины только притворяются. А нет ничего опаснее человека, который делает вид, что не напуган.

Пленки с материалами из Ирака я перевозил в носках. На пустых пленках я написал «Очень важно» на тот случай, если нас остановит полиция.

jon alpert lections (2)

Однажды на границе Ирака нас поймали какие-то сумасшедшие люди. Они думали, что мы шпионы. Один из этих людей несколько раз пытался выстрелить мне в голову, но его пистолет просто заело.

Я видел дачу одного репортера из России. Эта дача больше, чем у Путина.

Среди жертв геноцида в Камбодже оказались несколько моих друзей. Там были тысячи голодающих людей, а поля усыпаны костями. Я отправился в Камбоджу, чтобы запечатлеть весь этот ужас и настоящие боевые сражения. Мне не хотели этого показывать.

Всегда есть соблазн приукрасить действительность и выдать желаемое за действительное. Но я показывал только то, что видел сам. Многие сомневались в том, что я бывал так близко к военным действиям.

Камера превращает меня в супермена, ведь по натуре я довольно застенчивый человек. На интервью с Саддамом Хусейном мне не разрешили взять камеру, и я чувствовал себя голым. 

Репортеры, приехавшие на Кубу, все время сидели в гостинице, носили костюмы «сафари» и заботились только о том, как выглядят в кадре. Меня же они считали сумасшедшим ковбоем.

Главные правила во время командировок: ешьте, когда можете, спите, когда можете, и мойтесь, когда есть возможность. Потому что неизвестно, когда вам удастся сделать это в следующий раз.

Мне бы хотелось, чтобы полиция мне больше нравилась, но она мне совсем не нравится. Гораздо легче я нахожу общий язык с преступниками. Наверное, поэтому они разрешили мне снимать процесс воровства. Но однажды они стали избивать своих подруг, и тогда я выключил камеру и попросил их остановиться. Это был очень противоречивый фильм.

Когда я брал интервью у Назарбаева, я обращался с ним как с обычным человеком. Его это не смущало, а вот персонал просто сходил с ума, принимая это за неуважение.

Своих русских родственников, двух кузенов, я нашел 6 лет назад. И оба они — документалисты. Я бы хотел поработать с ними.

Владивосток для американцев — загадочное место. Я вернусь сюда. А когда покажу фотографию себя в окружении симпатичных студенток коллегам, они тоже обязательно приедут.

Если завтра меня вдруг собьет автобус, ничего страшного: я успел выполнить свое предназначение.

Благодарим за помощь в подготовке материала Генеральное Консульство США во Владивостоке
и лично Дмитрия Мотовилова

  • Aztek Blind

    Потрясающий человек.

  • Dora

    Вот это мужик.